Патрик Андерсон.
Любовница президента.  Часть 2

 
 Но это было не совсем так. Уже несколько десятилетий президенты и
кандидаты в президенты, приезжавшие в Палм-Спрингс, по традиции играли в
гольф с Питом Гейнором, потому что Гейнор был любимым атрибутом Америки,
первым ее комиком, фотографирование с ним тоже было политикой, как ношение
шляпы времен войны с индейцами или  шествие в процессиях в день святого
Патрика. И дело было не только в фотографиях. Пит Гейнор был богат, а его
друзья еще богаче. Он был влиятелен, как президент корпорации или издатель
газеты, и от его приглашения на партию в гольф никто из политиков не мог
отказаться. Это походило на ленч с профсоюзным боссом Джорджем Мини -
улыбайся и терпи.
 - Ребята, знаете, где остановился президент? - обратился Гейнор к
собравшимся. - В поместье Холленфилда. А вы хоть видели его? Поместье
Холленфилда - это то, что создал бы бог, будь у него деньги.
 Старая шутка вызвала новый взрыв смеха. Уитмор стал нервничать. Ему
надоело быть партнером комика.
 - Давай начинать, Пит, - сказал он. - Ник, ты точно не хочешь играть?
 - Не хочу, босс, - ответил Гальяно. - У меня похмелье никак не пройдет.
 - Ник, ну ты знаешь поговорку, - вмешался Пит Гейнор. - Мужчине с
похмелья нужен аспирин, а женщине бюстгальтер. И в наши дни, похоже, многие
из них нуждаются в бюстгальтерах.
 Уитмор отметил, что комик предпочел отпустить шутку, а не пригласить Ника
принять участие в игре. Но это было понятно. Пит Гейнор играл в гольф с
президентами, а не с их подручными. А у Ника, похоже, в самом деле было
жуткое похмелье. В последнее время он пил слишком много. Уитмор решил
выяснить почему и отошел к первой метке.
 Президент ударил сильно, но неточно. Его первый мяч пролетел над головой
агента секретной службы, стоявшего у пальмы ярдах в двухстах.
 - Подкрепитесь, мистер президент, - сказал Пит Гейнор. - Все принцы
крови, приезжающие сюда, подкрепляются на первой метке.
 Вторая подача Уитмора была прямой и высокой и вызвала недружные
аплодисменты зрителей. Уитмор усмехнулся, помахал им рукой и подумал,
сколько из них могло голосовать за него. В лучшем случае, решил он,
процентов двадцать.
 Гейнор подошел к мячу, подмигнул толпе, повозился с клюшкой, потом,
скованно, неловко размахнувшись, каким-то чудом послал мяч на тридцать ярдов
дальше, чем президент.
 - Отлично, Пит, - сказал Уитмор вполне искренне. "Старикану, - подумал
он, - никак не меньше семидесяти".
 - Этим я обязан добродетельной жизни, - ответил Гейнор. - Пойдемте,
мистер президент, я вас подвезу.
 Он повел Уитмора к светло-голубой мототележке с отделанным бахромой
тентом и своими инициалами на борту. Ник Гальяно сплюнул и сел в другую
тележку с Уолтом Харригеном, главой наряда агентов секретной службы. Уолт
был стройным, загорелым молодым человеком с большим носом и лохматой
шевелюрой.
 - Этот тип не педик? - спросил Ник, когда они катили по полю футах в
двадцати от президента.
 - Гейнор? Нет, просто он так себя держит. У этого старого козла полно
женщин.
 - Ты