| Когда объявят лот 49 |
|
Страница 1 из 100 Томас Пинчон.Когда объявят лот 49 "1" Однажды летом, вернувшись с домашней презентации новинок для домохозяек - устроительница переборщила, пожалуй, с киршем в фондю, - миссис Эдипа Маас узнала, что ее назначили душеприказчиком, или, подумала она, уж скорее душеприказчицей, некоего Пирса Инверарити, калифорнийского магната-риэлтера, который хоть и спустил как-то на досуге пару миллионов, но все же оставил состояние достаточно крупное и путаное, чтобы сделать разборку наследства делом более чем почетным. Эдипа стояла посреди гостиной в фокусе зрения мертвенно-зеленого телевизионного глаза, повторяла имя Господа и пыталась быть пьянее, чем на самом деле. Не срабатывало. Вспоминала комнату в масатланском отеле, где только что - казалось, навеки - хлопнули дверью, перебудив пару сотен птиц у подъезда; Корнельский университет - восход над библиотечной крышей, смотрящей на запад и потому с нее не видимый; чистую, щемящую мелодию четвертого пассажа бартокова Концерта для оркестра; выбеленный бюст Джея Гульда у Пирса на узкой полке - столь узкой, что Эдипу не покидало ощущение нависшей угрозы, она боялась, что бюст вот-вот на них свалится. А вдруг он так и умер, - подумалось ей, - окруженный сновидениями, раздавленный единственной иконой в доме? При этой мысли она рассмеялась, громко и беспомощно. С тобой не все в порядке, Эдипа, - обратилась она то ли к себе, то ли к комнате, которая все понимала. Письмо, подписанное неким Мецгером, отправила лос-анжелесская юридическая фирма Ворпа, Вистфулла, Кубичека и Макмингуса. В нем говорилось, что Пирс умер еще весной, но завещание нашли только сейчас. Мецгеру тоже предстояло быть душеприказчиком и, буде возникнет тяжба, юрисконсультом. В приписанном год назад дополнении вторым душеприказчиком назначалась Эдипа. Она пыталась припомнить, не случилось ли тогда что-нибудь необычное? Весь остаток дня - пока она ездила в супермаркет "Киннерет-Среди-Сосен" купить сыр рикотта и послушать Мьюзак (сегодня она прошла через расшитые бисером занавески входа под четвертый такт из "Всех версий Концерта для казу Вивальди" в исполнении "Ансамбля Форт Уэйн Саттеченто", солист Бойд Бивер); пока собирала базилик и майоран на залитом солнцем огороде, читала книжные обозрения в свежем "Сайентифик Американ", готовила лазанью, натирала хлеб чесноком, возилась с листьями салата, включив после этого печь, пока смешивала сауэр с виски, дабы скоротать в сумерках время в ожидании Венделя Мааса ("Мучо"), - все это время она вспоминала, вспоминала, перетасовывала толстую колоду дней, которые казались (и разве не она признала это первая?) более или менее одинаковыми, ловко выдающими одни и те же образы, словно карты фокусника - каждая отличная сразу видна наметанному глазу. Лишь на середине телепрограммы Хантли и Бринкли она припомнила, как в прошлом году около трех ночи раздался междугородний звонок - она так и не узнает, откуда (если, конечно, он не оставил дневника), - сначала голос в густых славянских тонах представился вторым секретарем |